Отчеты с выездов

Томск ’10

От осознания дальности выезда в Томск волосы на заднице могут встать дыбом. Это 4200 километров, т е. гораздо дальше, чем Рим или Лондон, и сопоставимо с расстоянием до Лиссабона Поэтому претенденты на золото, которых на тот момент оставалось четверо, справедливо рассчитывала на помощь клуба в транспортировке. Дело в том, что до последнего не было даже ясно, где игра состоится — в Томске обещался мороз, несопоставимый с футболом. Кстати, он в итоге и случился.
В итоге за три дня до выезда стало известно, что играть предстоит все-таки в Сибири, и забирать нас туда не будут. В итоге, усилиями некоторых близких к клубу людей нам удалось договориться о том, что нас заберут обратно. А, так как на поезде доехать до Томска мы не успевали, пришлось ехать в аэропорт и брать билеты на самолет Если кому-то интересно, сколько стоит это удовольствие, раскрою коммерческую тайну -10 тысяч 700 рублей. Т е., стоимость поездки в какой-нибудь турецкий — египетский курорт по системе «всё включено, сожрано и выпито» на неделю. В итоге в Томск отправилось только трое.
В субботу вечером мы вылетели рейсом s7 из нашего аэропорта в Домодедово, где сперва перепутали рейсы и едва не прорвались на рейс «Трансаэро», а потом всё-таки загрузились в битком забитый «Боинг» до Томска. Любопытно, что передо мной в самолёте сидел спортивный директор нашего клуба Шикунов, а с Дюпелем и Ромашкой — инспектор матча, которого они донимали вопросом, почему наши судьи такие п*дарасы. Поспать толком не удалось, хоть самолёт и летел дольше четырёх часов.

Прилетели в Томск под утро, получили в багаже сувенир для томичей — две бутылки «Южной столицы», и на автобусе поехали в город Томск встретил настоящей зимой во всей её красе — с морозом и снегом по колено. Места, знакомые мне по летнему выезду-2005, сейчас узнать было трудно — всё замело. На льду Томи рыбаки сверлили лунки, а город ранним утром был пуст. Прогулка по центру — дело конечно хорошее, но на сибирской метели мы уже через полчаса подмерзать. Через час — за*беневать. Пришлось, хоть мы и люди малопьющие, пробивать сперва магазин, а потом парк под стадионом.

Дальнейшая прогулка позволила нам найти шикарный музей-магазин русской истории и культуры, встречавший посетителей надписью «Слава Роду!». Внутри была экспозиция картин Васильева и других художников данного стиля, выставка традиционных русских берестяных изделий и игрушек. Набрав сувениров, мы поднялись на возвышенность, где размещен томский музей с костюмами эвенкийских шаманов, макетом знамени Ермака и томской крепости в разные годы ее существования и много еше чего интересного Там уже и состоялся отзвон местных парней и поездка в гости.

Вернувшись в центр города и встретившись с администратором команды, мы отправились в кабак под гостиницей возле стадиона, где уже заседали местные парни, в т.ч. и знакомые. Надо сказать, что температура на улице тем временем приближалась к отметке минус 20, находиться на очень свежем воздухе было уже совсем весело и ободряюще даже полчаса. Нам же предстояло там провести более трех часов.

На заваленный снегом стадион мы зашли, когда ох*евшие от полярного пейзажа футболисты уже топтались по полю. В секторе оказалось в обшей сложности четыре жала — к нам троим добавился еще фан Эмин, добравшийся в Томск на поезде. Был вывешен единственный привезенный баннер РТF. На поле началось ледовое побоище, первый тайм которого закончился логичными нулями на табло. А вот во втором тайме пошли голы — один наш и три томских. Причём однажды сибиряки забили, едва не покалечив Анджелковнча, подозрение на перелом ноги отпало нескоро. А третий гол влетел в ворота, в которых уже не было Раднча — вратарь пошел вперёд, но, увы, восьмое место тоже было потеряно. Как говорит Доктор Игнатов, «думали Европа, а оказалось — жопа».

После игры к сектору соизволил подойти только один Амельченко.

К счастью, клуб выполнил обещание забрать нас домой, и после четырёх часов перелёта мы уже были в Росгове, где все воспринималось как экваториальная жара. Шампанское, которое я глушил под аэропортом, я, наверное, буду помнить всю жизнь.

Олегыч