Отчеты с выездов

Москва (Д) ’13

В Москву мы запланировали ехать стопом в пятницу утром. В четверг около семи часов вечера звонит мне Бартез и спрашивает: «Может, сегодня вечером поедем на рейсовом автобусе?». Я согласился. Сижу, жду звонка. Дождался. Он мне сообщил о том, что этот бас уже уехал, и мы всё-таки поедем завтра утром. Я на автомате выстрелил: «Поехали на поезде, потому что я уже дома навёл кипеш и мне из дома нужно свалить». Договорились на 10 вечера возле вокзала. При встрече он мне сообщил, что с нами едет ещё один фан, именуемый Краучем. Дождались его и пошли к кассам. Отстояли ебучую очередь, чтобы услышать: «У нас только два билета». Веселье, так сказать, началось.
Мы вышли на перрон и стали ждать этого самого поезда, на который у нас не было билетов. Поезд подошёл. Мы стали судорожно бегать по платформе, пытаясь вписаться любыми способами, начиная от давления на жалость и заканчивая самым простым, собственно, за деньги. В итоге, мы вернулись в вокзал и стали думать что делать. И кого-то из нас осенило! Пойти в кассу и спросить билеты на следующий поезд. По бюджетной цене были билеты только на 5:41. Других вариантов у нас не было, к тому же, всем из нас хотелось уехать именно на поезде, а не на утреннем автобусе. Нам оставалось просидеть на вокзале 5 часов и благополучно сесть на наш транспорт. Естественно, спиртного ни у кого не было, так как всё получилось спонтанно и неожиданно. Но какого чёрта?! Это ж целых пять часов! Никого из нас это не устраивало, и через несколько минут Крауч насуетил вписку в двадцати минутах ходьбы от вокзала. По дороге (ну как по дороге… х#й его знает где) мы купили водки. Пришли на хату. Среди вписывальщиков были фанат РСМ (к которому мы, собственно, вписывались), какой-то студент и дядя этого фана. У этого дяди в руке на браслете прицеплен гвоздь (100мм), который он использует как оружие. Сам он это называл то-ли притыкой, то-ли припикой, я не расслышал. Литр закончился как-то быстро, Бартез и этот фан пошли за следующей порцией. Пока они ходили, мы с этим пацаном с припикой обсудили все новые законы, целесообразность реформ Шойгу, все минусы и нули системы ЕГЭ, в общем, пацык этот внушал оптимизм, если бы не одно но.
Тут приходят пацаны и совершенно спокойно сообщают, что под магазином они на кого-то прыгнули, защищая продавщицу, и один из них приставил Бартезу к голове ствол. Игрушка не игрушка, а так не балуются. Кончилось всё только тем, что у принимавшей стороны минус один (из трёх). Было около трёх часов ночи. Сидеть у них надоело, и мы пошли шляться. Крауч привёл нас туда, где продаётся палёнка по сорок рублей. Рядом стояли какие-то алкаши. Мы у них спросили мол «ну как водка?». Они: «Да вот, пьём и ничего. Только вот был случай, мужик выпил и умер». А так ничего ЁПТ, подумаешь, умер, хех.
Короче, пошли мы на вокзал. Пришли. Сидеть ещё полтора часа. Бартез и Крауч вырубились, а я бродил по вокзалу. Подошло время поезда. Мы зашли в вагон. Все пассажиры пиковые, хотя это логично, поезд «Нальчик – Москва», но наш пассажир был Лёха, такой русский Лёха. Первые шесть часов Лёха вообще себя не проявлял. Мы бурагозим, Лёха – ноль эмоций. Но потом, когда проснулся, всё стало на свои места. Он судорожно влил в себя банку пива, издавая младенческие стоны. Он поздоровался, сообщил нам о том, что он Лёха и купил нам пять банок пива. Пиво закончилось, и Лёха достал пузырь. Себе он наливал чуть-ли не полный стакан, поэтому через 30 минут Лёха снова вырубился. Пока он спал, мы съели его курицу, колбасу, пирожки и котлеты (жена его подготовила, спасибо ей).
На станции в Лисках Бартез приклеил стикер на столб. Подошёл мент и говорит: «это запрещено, сейчас проедем, если не сорвёшь». Бартез не растерялся и убедил его в том, что это объявление, ну а дата 1930 — это никакая не дата, а это время, типо, в 19:30 быть дома, ибо комендантский час. Где-то там же купили бабкин самогон на станции. В общем так, бабуль, дай тебе бог, чтоб мы тебя не встретили ещё раз. По дороге на одной из станций увидели троих пациков на фирме. Поздоровались. Познакомились. Побухали. Говорят из Армавира, едут полудить. Но я им что-то не очень поверил. Может за кубанцов топят, а?
В общем, проснулись мы в Москве около пяти утра. Проводник нас выгнал. Лёха нацепил на себя очки и взял в руки портфель. Пипец как он быстро из законченного алкаша превратился в интеллигента. Мы разъехались по впискам. Я поехал в Одинцово, а Бартез с Краучем в Пушкин. Встретились мы уже в Химках. Я и Бартез сдали свои баулы в камеру хранения, Крауч ехал налегке. На стадионе было холодно, поэтому из подтрибунки на сектор мы зашли прямо перед гимном. Шизили слабовато. Мощно зарядили три-четыре заряда, не более. Единственное чем отметились, так это голым торсом во втором тайме. Команда проиграла. После матча нас остановили на выходе с территории гостевого сектора. Нас подержали около 20 минут. Мы забрали вещи и пошли на бесплатную собаку, естественно, для фанов Динамо. На перроне шизили какие-то кони-малолетки. Их было около 20. Откуда они вообще взялись? Может их просто на конский сектор не пускают, вот и приходится ходить на мусорской? С нами была мясная, к которой вписывались Бартез и Крауч, поэтому поводу она немного нервничала.
Приехали. Подходим к кассам. Опять два билета. Делать нечего. Пошли искать автобусы. Конечно же ничего не нашли. Пришли в зал ожидания и сели, думая переночевать на вокзале. Я опять пошёл бродить по вокзалу. Проходя мимо касс, из уст какой-то тётки услышал: «Ростов, Новороссийск». Я к ней вернулся. И поинтересовался во всех подробностях. В общем, купили мы 3 билета на этот же поезд в 0:25.
Поезд к этому времени уже подали, и мы сели в вагон. Зашли. Какая-то бабуська пыталась засунуть свою огроменную самолётную сумку под сиденье. Она и так её и сяк, мы уже сидим ржём конкретно, хотя мы предлагали помощь. Она спросила, почему мы ржём. А мы говорим: «Да вот, с вагоностроительных конструкторов смеёмся». Потом подсела ещё такая же, но спокойнее. Потом рядом, на боковушку, села поддатая пассажирка, и мы сразу определили, за чей счёт мы будем ехать. Её зовут Леной. Мы только тронулись, а она уже угостила Крауча своим пивом. Потом купила ещё около 10 банок по 80р каждая. С нами в поезде в соседнем вагоне ехали ещё 4 фана. Но они любители трезвых выездов. Поэтому историй с их участием, в общем-то, и нет. Утром мы проголодались. Бартез насуетил хлеб, майонез и паштет. На первое время хватило. Лены уже не было. Мы, недолго думая, пошли в вагон-ресторан. Там мы нормально поели и выпили, естественно, за её счёт. Потом в вагон-ресторан зашёл пассажир Федя. Он сразу подогрел нас пивком и едой. Он хотел, чтобы мы за еду и пиво насуетили ему бабу. У одного из нас возникло предложение #бнуть Федю, так как он ехал в одноместном люксе и всё время козырял кошельком. Но после того, как мы вышли на совещание, пассажир просёк, что теперь просто так мы от него не отстанем и так, невзначай, в разговоре решил козырнуть тем, что он при погонах. Я немного осёкся и начал его допрашивать при каких. Прокурор? Нет. Следак? Нет. Опер? Нет. Я думаю, да кто ж ты такой, вертухай что-ли? Нет. Федя ушёл. Потом в свете событий, я выяснил, что Федя имел ввиду погоны проводника. Вот же Федя клоун. Лена бухает. Ну и мы тоже. Лена нас всех задолбала. Мы ушли в вагон. Бурагозили. Задалбывали бабусек. Потом проголодались и пошли к Лене. Заходим, Лены нет, и ушла она давно. Мы уже подумали, может она решила пешком дойти, погода ведь хорошая. А живёт она в Краснодарском крае. Мы пошли к бабуськам. Крауч до#бывал их. Говорит им: «Я бы сейчас от колбаски не отказался», «А мясного чего-нибудь не будет?». Потом Крауч их окончательно до#бал и они сами всё отдали, лишь-бы он замолчал пока ест. Лена нашлась у проводника Феди. А мы в 23:07 были в Ростове.

Адольф